Соловцова Е. В.

 

Соловцова Е. В.

(ГОУ ВПО «Горловский институт иностранных языков»)

 

АНТИНОМИЯ ДЕСКРИПТИВНОГО И ПЕРФОРМАТИВНОГО ЗНАЧЕНИЯ ИЛЛОКУТИВНЫХ ГЛАГОЛОВ

Перформативность как лингвопрагматическое явление реализуется в коммуникативном контексте перформативного высказывания. Ядро такого высказывания формирует перформативный предикат, который называет действие какого-либо речевого акта и эквивалентен воспроизведению этого действия в момент произнесения.

Эксплицитной формой выражения перформативного предиката является перформативный глагол (далее – ПГ), то есть глагол, «для которого возможно применение формы 1‑го лица единственного числа настоящего времени (несовершенного вида) активного залога изъявительного наклонения, которое является равноценным однократному выполнению обозначаемого этим глаголом действия» [1, с. 202].

Перформативные глаголы и перформативные высказывания как функционально-семантические категории являются центральными понятиями теории речевых актов. Они выступают объектом исследования отечественных (Ю. Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова, Е. В. Падучева, Г. Г. Почепцов, А. А. Романов, Ю. С. Степанов, И. П. Сусов и др.) и зарубежных (Э. Бенвенист, А. Вежбицкая, Д. Вундерлих, П. Грайс, Э. Кошмидер, Б. Фрейзер и др.) ученых.

В теории речевых актов особое внимание уделяется критериям перформативности, которые в основном сконцентрированы на грамматических особенностях перформативных глаголов, хотя справедливо мнение Дж. Остина, который не считал эти критерии достаточно весомыми, поскольку они не дают четкого разграничения перформативных и дескриптивных глаголов. Общими признаками перформативных высказываний, по Дж. Остину, являются:

1)              возможность употребления перформативного глагола в канонической форме (1-ое лицо единственного числа настоящего времени изъявительного наклонения активного залога);

2)              обозначение перформативным высказыванием только тех событий, которые именуются перформативными глаголами;

3)              перформативные высказывания, будучи действием или поступком в момент произнесения, неповторимы и невоспроизводимы [3, с. 25–35; 80–108].

Именно в указанной выше грамматической форме перформативные глаголы осуществляют перформативную функцию, тогда как в большинстве других грамматических форм они не являются эквивалентами вербальных действий, а лишь описывают определенное состояние вещей.

Важным является разграничение перформативов, их семантического содержания и перформативной функции, которую могут выполнять как перформативы, так и констативы. Эксплицитное перформативное высказывание «обладает и перформативным значением (создание перформативным предикатом перформативной ситуации) и перформативной функцией такого значения – воздействие на слушающего» [4, с. 123]. Констативам присуща лишь речеактовая функция воздействия на собеседника в определенных условиях коммуникативной интеракции [4, с. 123].

Перформативное значение выражается не только как акт речи, но и как акт непосредственной репрезентации иллокуции и коммуникативного намерения говорящего, определяя тем самым результативность (перлокутивный эффект) взаимодействия продуцента и реципиента сообщения. Констативы как речевые акты характеризуются свойствами обычных высказываний.

При этом констативные высказывания могут оцениваться как истинные или ложные. Перформативные же высказывания, будучи равнозначными действиям (просьба, приказ, обещание, требование, благодарность) и способными создавать новые ситуации, не могут быть оценены с позиций категорий истинности / неистинности, однако должны удовлетворять «условию успешности» и, соответственно, верифицироваться как успешные или неуспешные (реализованные/нереализованные) [5, с. 174].

В лингвистике также существует понятие «перформативной гипотезы», сторонники которой (З. Вендлер, Д. Вундерлих, А. Росс и др.) «определяют перформативное свойство языкового выражения при помощи формального показателя в виде маркера процесса говорения» [4, с. 41] (глаголы мыслительной (to think, to believe, to know) и речевой (to say, to inform) деятельности). Согласно указанной гипотезе, глубинная семантическая структура любого высказывания содержит перформативную формулу «Я говорю тебе, что...». Если признать, что ПГ является компонентом любого высказывания, в таком случае все высказывания можно считать перформативными, имеющими одну коммуникативную интенцию – говорение чего-либо.

При принятии подобной концепции дихотомия перформатив – констатив не имела бы смысла с точки зрения использования перформативных и констативных высказываний в речевом общении.

А. Вежбицкая отмечает, что глагол говорить – это «один из семантических примитивов, элементарная семантическая единица, которую не определяют, используется она для толкования семантических единиц наряду с другими семантическими единицами» [2, с. 251]. Перформативные высказывания не описывают в пропозициональном содержании действие, а являются действием, которое называет эксплицитный ПГ. Цель констативных высказываний – информировать о независимых от них фактах и событиях. При этом описательное значение соответствует лексическому, зафиксированному в словаре, а перформативное является грамматическим, структурным, прагматическим значением. Для объединения лексических и грамматических аспектов перформативов необходимо проводить исследование на уровне высказывания и принимать во внимание анализ выявленных Дж. Остином перформативных формул «Я х, что»; «Я х + инфинитив»; «Я х», в которых х – иллокутивный перформатив [3, с. 66].

Таким образом, ПГ обозначает действие, одновременное с моментом речи, а с точки зрения вида – действие, начавшееся и завершившееся в момент речи, в промежутке, в течение которого длится речевой акт. ПГ является предикатом перформативного предложения. Поэтому временное значение перформативного глагола можно определить как настоящее время речевого акта. Перформативное употребление глагола отличается от дескриптивного уникальностью, единовременностью субъективностью, автореферентностью. Речевое действие непосредственно связано с диктумом ввиду наличия конкретного адресата. Это единовременное действие, субъект которого нацелен прежде всего на реализацию иллокутивной цели речевого акта.

 

Литература

1.              Апресян Ю. Д. Перформативы в грамматике и словаре // Ю. Д. Апресян. – Избранные труды. Т. II. – М. : Школа «Языки русской культуры», 1995. – С. 199–218.

2.              Вежбицкая А. Язык, культура, познание / А. Вежбицкая. – М. : Русские словари, 1996. – 412 с.

3.              Остин Дж. Л. Слово как действие / Дж. Л. Остин // Новое в зарубежной лингвистике. – Вып. 17. Теория речевых актов : [сборник / общ. ред. Б. Ю. Городецкого]. – М. : Прогресс, 1986. – С. 22–129.

4.              Романов А. А. Притяжение перформатива. Очерки по теории перформативности от Дж. Л. Остина до наших дней / А. А. Романов, Л. А. Романова. – М. : Институт языкознания РАН, «АгросферА» Тверской ГСХА, 2009. – 156 с.

5.              Серль Дж. Классификация иллокутивных актов / Дж. Серль // Новое в зарубежной лингвистике. – Вып. 17. Теория речевых актов : [сборник / общ. ред. Б. Ю. Городецкого]. – М. : Прогресс, 1986. – С. 170–194.